Вступление в «Решку» — Приглашаю…

Давно, еще в детстве, где-то прочитав или услышав, я согласился с одним из великих, сказавших, что “писать можно лишь тогда, когда не можешь не писать”. И вот теперь пишу я.
Не могу не чувствовать себя любимцем Судьбы моей строгой. Не могу и не желаю бороться с желанием поделиться памятью – как бы дорога не была мне она — с тобой, читатель. Вот ручка, вот чистый лист. И побежит, ( кого-то, я уверен,) увлёкая за собой, мой рассказ и про “рыб” молчаливых, и про злобных “псов” острозубых.. Эту серию воспоминаний о том, что Судьба предоставила мне в той, прошлой жизни увидеть, испытать, с кем свела воевать, а с кем дружбу водить, я назову «Решка». Так называли ту сторону монетки, на которой как казалось тогда — мне всегда не везло. Так называлось окошко в советских тюрьмах, запах которого, железный и сырой, медленно выветривается из недр моей души.
Прошли года и монетка упала на «Орла»!
Сейчас любуясь на окрашенные бордовой росписью заката вершины гор Верхней Галилеи, вспоминаю те листки из потрёпанной книжки, что гуляла по тюрьме. Уже потом, спустя много лет, я узнал, что это – Фейхтвангер, “Иудейская война”. И писал он, вот об этих святых местах, где довелось волей Судьбы, мне остановиться, найдя свое счастье.
А тогда…
Чеченец Аслан из соседней одиночки читал медленно и передавал в день по пять страничек. И вот ходишь – “тусовку бьёшь”, два шага туда, поворот, обратно два. Туда – это в сторону “решки”, окошка камерного, зарешеченного. А обратно – это к тому месту, к которому, как говорят, сам царь пешком ходил – к «параше».
И вдруг, щелчок, – в двери дырочка открылась – глазок ментовской. “Пёс” – но добрый «пёс», старый “дубак” Сулейменыч, передаёт, пихает пальцем великое произведение, и история моего народа осенними листьями разлетается по камере. Собираю, читаю, отрекаясь от действительности…
И вот вглядываясь в далёкие силуэты вершин гор, стоя на балконе новенькой квартиры, я тщетно пытаюсь вспомнить, что же говорил здесь прокуратор Иудеи, и конец той, с горем пополам прочитанной истории. Но помню одно – с Фейхтвангером я познакомился сидя, не обессудьте – на параше. Странная штука память.
Итак, господа, я приглашаю вас в мир, который память моя, по мере сил, выплёскивает из недр души и недр прошлого. В путь.

Оставить Комментарий